Примерное время чтения: 8 минут
428

На службе Сэр с Шармом. Как кинологи учат собак искать наркотики

«АиФ-Адыгея» № 46 15/11/2023
Александр со своими подопечными - Сэром и Шармом.
Александр со своими подопечными - Сэром и Шармом. Фото: МВД по Адыгее

«Собака в МВД — своеобразный универсальный солдат, которому по плечу самая разнообразная работа. А в поиске взрывчатки и наркотиков у собачьего носа пока нет достойных конкурентов», — считает младший инспектор-кинолог Центра кинологической службы МВД по РА старший прапорщик полиции Александр Даценко.

Непопулярная профессия

— Вы работаете кинологом Центра кинологической службы МВД уже 22 года. Почему выбрали для себя эту далеко не лёгкую профессию?

— Мне всегда нравилось работать с собаками. Я убеждённый собачник с самого детства — у нас в доме всегда были собаки. Но в детстве я не понимал, что такое дрессура — просто любил с ними играть, общаться. Был у меня пёс, мы с ним очень дружили, много гуляли, ходили на речку купаться. Поэтому, когда предоставилась такая возможность, я решил, что надо стать кинологом — продолжать работать с собаками.

— К сожалению, профессия кинолога не слишком популярна — в неё, действительно, идут лишь увлечённые люди. Что тут главное — любовь к животным или всё же огромное терпение?

— Многое зависит от характера и кинолога, и собаки. Факторов тут учитывается много: и любовь к животным, и терпение, и крепкие нервы, ведь собака не всегда сразу начинает слушаться и правильно выполнять команды. Для этого усилия надо приложить, и немалые. А так в основном сближаемся за счёт лакомства и игры. И когда проходит время, а тебя встречают радостным вилянием хвоста, становится понятно — это уже твоя собака.

Порода — во всём

— Как долго длится процесс тренировки собаки?

— Постоянные тренировки собак проходят 3-4 раза в неделю. Есть определённый навык, который мы должны поставить собаке и постоянно оттачивать — это либо общий курс дрессировки, либо поиск. Все тренировки разбиваются по фазам: полчаса — на общий курс дрессировки, а затем — спецкурс.

Многое зависит и от качеств породы. К примеру, овчарка может быть следовой собакой (то есть это работа со следами, задержание, охрана, сопровождение). А лабрадор след возьмёт, догонит, а потом лизнёт. Это целевая собака — отлично ищет взрывчатые вещества или наркотические средства.

— По каким критериям вы выбираете щенков? И какие породы могут быть следовыми, какие — целевыми?

— Мы щенков не выбираем — берём уже годовалых собак. У них уже в достаточной мере сформировались определённые навыки, манеры и характер. Уже понятен тип темперамента — флегматик это, сангвиник или холерик. И нам более-менее ясно, к каким задачам собаку готовить.

Если же говорить о спе­цифике пород, можно любую собаку научить искать целевые запахи. Кроме лабрадоров, по запахам отлично работают спаниели. Это порода с крепкой, уравновешенной психикой. К тому же спаниели небольшие — могут залезть в подвалы, захламлённые комнаты, на чердаки.

Следовыми могут быть собаки любых крупных пород: ризеншнауцеры, чёрные терьеры, которых ещё называют «собаками Сталина». Главное, чтобы животное было крупным, смелым, неленивым, не боялось, могло пойти на задержание. В Центре кинологической службы МВД по Адыгее следовыми служат немецкие и восточно-европейские овчарки.

Как Ажан подростка нашёл

— Сколько сегодня собак находится на вашем попечении? Были ли случаи, которые вам запомнились больше всего?

— Лично за мной закреплены две — немецкая овчарка Сириус Ланеру, которую я зову Сэр. Это следовая собака. Вторая — лабрадор Шарм Санлайт, в просторечии Шарм. Это собака целевая — ищет взрывчатые вещества. Раскрытых дел в их биографии хватает.

А по поводу тех, которые запомнились... Был у меня пёс Ажан (во Франции так называют полицейских. — Ред.) породы малинуа. И была у него одна особенность — не любил по следам на поводке ходить. Ажан считал поводок знаком моего недоверия. Но стоило снять его с поводка, как он начинал серьёзно и вдумчиво работать.

Как-то утром я заступил на смену. Тут звонит дежурный: вечером на хуторе Гражданском подросток сбежал из дома. Когда я приехал на место, выяснилось, 14-летний пацан с вечера пас овец. А когда загонял их во двор, животные зашли в огород и там похозяйничали. Боясь наказания, парень дал дёру. Его целую ночь искали всем хутором по подвалам, заброшенным дачам, закоулкам.

Я определил место, в котором начнёт работать собака, дал ей понюхать одежду мальчишки. Так как место было тихое, безлюдное, вдали от дороги, я решил, что Ажан может работать без поводка.

Он обнюхал брюки и пошёл. Через 150 метров свернул в поле, я за ним. Шли долго. Наконец, вышли на вытоптанный пятачок посредине поля. Там рос большой раскидистый орех и лежала строительная плита. Ажан подошёл к дереву, понюхал и лёг — всё, работа окончена. Я огляделся вокруг, сел на плиту, посмотрел на Ажана и спрашиваю: «Ну, что дальше делать будем?» А сверху голос мне: «Не знаю». Тут я всё понял и сказал в глубину ветвей: «Слезай!» Потеряшка сначала отнекивался — боялся отца. Но я гарантировал, что его не тронут. Он слез. Когда мы с Ажаном привели его домой, родители пообещали, что ругать и бить мальчишку не будут.

— Как вы приучаете полицейских собак не бояться ни ножей, ни автоматной очереди?

— К этому не приучишь. Если собака боится выстрела, её уже не переучить. Необходима постепенная многодневная подготовка. Сначала выстрел производится на удалённом расстоянии, чтоб звучал он маленьким хлопком.

Если реакция пса нормальная, выстрел производится ближе, потом ещё ближе.

Раздражителей звуковых у собак много. Можно кинуть цепь или камень в ведро, можно сымитировать металлические звуки, грохот камней, взрыв.

Я собаку ещё щенком брал на Центральный рынок, где миллион разнообразных звуков. Подойду со стороны улицы Гагарина, постою, наблюдая за собакой. Она адаптируется, попривыкнет. Потом пройду дальше, ближе к дороге, где троллейбусы, машины, там постою, понаблюдаю. Заходили и в мясные ряды — всё чин-чином: с поводком и намордником прогуливались там. Так постепенно собака привыкала спокойно реагировать на посторонние звуки и запахи.

А когда собака всё время сидит в доме или в вольере, у неё развивается ранняя сенсорная депривация — неспособность адекватно реагировать на внешние раздражители, что может закончиться стрессом.

Мы стараемся выбирать собак с устойчивой психикой. Но всё предугадать невозможно. У меня была прекрасная следовая собака — восточно-европейская овчарка Рута, которая не боялась абсолютно ничего. Единственной её фобией был зонт. Работать с ней в дождь по следам было невозможно. Как только она видела человека с зонтом, садилась, и её начинала бить мелкая дрожь. Может, в детстве кто-то зонтом её напугал, не знаю. Я к ней: «Руточка, вставай! Смотри, люди мимо идут, тебя не трогают». А она ни в какую — дрожит и всё.

Слухи врут

— Правда ли, что собаки, ищущие наркотические вещества, сами наркозависимы?

— Я всегда смеюсь, слыша такие умозаключения. Сколько бы прожила такая собака-наркоман и в каком состоянии выходила бы на задания?

Собаку к поискам наркотиков приучают постепенно. Сначала к спрятанной любимой игрушке пса (или лакомству) подкладывают имитатор нужного запаха. Собака, найдя свою игрушку, привыкает и к новому запаху. Через время этот запах для неё станет связан с игрушкой или вкусняшкой. После этого происходит уже закладка настоящего вещества. Найдя его, собака всё равно получает награду. Так пёс понимает, что, найдя закладку, он получит свою порцию мотивации (игрушку или вкусняшку). Тот же принцип действует и с поиском компонентов взрывчатых веществ.

Досье:
Александр Даценко родился в городе Усть-Кут (Иркутская область). С 2001 г. - младший инспектор-кинолог Центра кинологической службы МВД по РА. Прошёл обучение в Ростовской школе служебно-розыскного собаководства МВД России. В 2020 г. вошёл в десятку лучших кинологов России. Награждён медалью «За отличие в охране общественного порядка».

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах